Семик обряды и обычаи традиции. Семик: гадания и привороты на любовь

Народный праздник Семик отмечается в седьмой четверг после Пасхи, за 3 дня до Троицы. В 2019 году он выпадает на 13 июня. Другое название - Русалчин Велик день - праздник получил за то, что в это время совершались ритуалы прощания с весной - Похороны русалок.

История

Праздник представляет собой незримую грань между весной и летом. До христианства Семик считался одним из главных дней в году. К его празднованию готовились заранее. После прихода православного христианства праздник не перестали отмечать. Ведь главным было не столько встретить лето, сколько помянуть умерших, к которым на Руси во все времена относились с особым трепетом и почтением.

«Заложные покойники», которых поминают в этот день - это те, кто умер не своей смертью: закончил земной путь внезапно или от руки убийцы. К ним относят утопленников, висельников, самоубийц, некрещеных, пьяниц, нераскаявшихся грешников, ведьм и колдунов. Они не могут найти упокоение и продолжают ходить по земле. Считается, что именно эти застрявшие между мирами души становятся слугами нечистой силы и обладают демоническими силами.

Сам термин «заложный» происходит от обряда захоронения «нечистых» покойников. Часто их хоронили лицом вниз и закладывали тело ветками и камнями. Существует также версия, что это слово образовалось от положения застрявшей души, которая блуждает по земле как заложник и не может ничего с этим поделать.

Традиции и обряды

В этот народный праздник подросших девочек принимают в компании девушек, проводят обряд кумления (женские посиделки, выбор задушевных подруг) и учат гаданиям на суженого.

Много внимания уделяется березе как символу неисчерпаемого источника жизненных сил. Вокруг нее люди водят хороводы, проводят обряды на плодородие и хороший урожай, завивают на ней венок, который через три дня расплетают. Девушки наряжают березы лентами, платками, бусами и венками из полевых цветов.

После обеда празднование переходит на погост. Люди украшают могилы предков веточками березы и устраивают поминальное угощенье. В этот день (в некоторых областях перед праздником) в первую очередь поминают души «заложных» покойников, затем родственников.

Семик - единственный день в году, когда можно заказать панихиду по «заложному» покойнику, которого церковь по каким-либо причинам отказалась отпевать при погребении.

Приметы

Если посеять в этот день ячмень, он даст хороший урожай.

Нельзя мыть, стирать, полоскать, купаться в этот день и лучше держаться подальше от воды, чтобы не накликать утопленника.

Нельзя шить или затевать большой работы, ходить одному в лес.

Семик (Зеленые Святки, Русалка (новг., вологод.), Четверток, Тюлпа) - праздник весенне-летнего календарного периода; отмечается на 7 четверг после Пасхи, за три дня до Троицы; открывает обрядовый комплекс троицко-семицкого празднества. Распространен в России повсеместно.

Семик считается языческой основой праздника, приходящегося на седьмую неделю Пасхи. Предположительно, в древности он входил в единый весенний праздничный цикл, начинала который Масленица, и был его завершением. Представление о взаимосвязи двух праздников нашло отражение в фольклоре: в речевых оборотах и пословицах указывается на особые, даже родственные, отношения мифологизированных образов Семика и Масленицы: «Честь ей и хвала, что она (Масляна) Семика в гости звала» (Даль. Т. 4. С. 170), «Звал-позвал честной Семик широку Масленицу к себе в гости на двор» (Обрядовая поэзия. 1989. № 255), «Ей-то (Масленице) Семик бьет челом, в одних портяночках, без лапоток…кланяется, зовет во тесовый терем, за дубовый стол, к зелену вину» (Некрылова А.Ф. 1989. С. 437), «Собирайтесь-ко, не обрящем ли, где честну Масленицу, Семикову родню, да племянницу» (Бернштам Т.А. 1993. С.52-53). Некоторые обрядовые песни исполнялись только два раза в год - на Масленицу и в Семик; среди них песня о «непряхе», поставившей «кросна - девятую весну», в которых прорастает трава и заводятся куры. Так же как и Масленица, Семик представлял календарный период, маркирующий пограничное состояние природы - окончание весны, предвестие лета. Семицкий обрядовый комплекс был пронизан переходной символикой, а основная функциональная роль в нем отводилась молодежи, социальный статус которой также определялся как переходный; подобное состояние молодежи, особенно девушек, сопоставимо с состоянием природы поздней весной - природы расцветающей, но еще не плодоносящей.

С принятием христианства Семику, как и другим языческим празднествам, стала соответствовать одна из церковных знаменательных дат - Троица; при этом древние традиции, определяющие языческий характер праздника, сохранились. В протоколе заседания Святейшего Правительствующего Синода от 13 мая 1741 года сообщалось, что «во многих благочестия Российского местах, вместо подобающего христианам благовеинства, различная некая безобразия, безчиния и суеверия чинятся, имянно же оные суть следующия от всемирно торжественнаго живоноснаго Христова Воскресения дне седмые седмицы в четверток иже пред неделею Сошествия Святаго Духа, завивают березки венками и обвязывают оные, как чаятельно, с некиим суеверным упованием и между тем чинят пиршествы, скачки и пляски мужие же и жены, а особливо в великоторжественный Сошествия Святаго Духа день…» (Цит. по: Живая Старина, 1890. Отд. 2. С. 34). В целом со временем значение Семика как одного из главных весенне-летних праздников уменьшилось, особенно по сравнению с Троицей. Тем не менее празднование Семика сохранялось, это связано прежде всего с тем, что в календарной обрядности Семик и Троица образуют единый праздничный цикл, в рамки которого укладывался ряд обрядовых действий, причем на Семик приходились их начальные фазы, а на Троицу - завершающие. Иногда Семик выступал как подготовительный этап для празднования Троицы. Так, во многих метах именно в Семик собирали продукты для ритуальной трапезы, тогда как сама трапеза и приготовление блюд для нее происходили в Троицу.

Праздник Семик был посвящен началу расцвета природных сил; он отмечался в период зеленения растительности, созревания ржи; с ним связывали новый этап сельскохозяйственных работ - посев ячменя (в некоторых местах его предпочитали сеять или в Семик или в троицкую субботу), льна, конопли, посадку овощей. Обряды, приуроченные к этому времени, были направлены на стимуляцию роста плодов земли и охрану их от неблагоприятных воздействий. Крестьяне совершали различные ритуальные действия с зеленью, обходы полей, величание ржи (см. Троицкая березка, Завивание берез, Троицкий венок, Троицкая зелень, Вождение колоска), обращались за помощью к предкам (см. Троицкая суббота). Свойственная земледельческим традициям, идея воскресения-умирания божества растительности проявлялась в ритуалах «похороны»-»проводы» (Всесвятская неделя). Важное значение в аграрной магии придавалось гуляниям молодежи в полях с непременной обрядовой трапезой, главным блюдом которой были яйца или яичницы, сделанные «на урожай». О магической роли хождения в посевы девушек и молодок говорится в семицких песнях (Троицкая березка). В целом особое значение, женского компонента в земледельческих обрядах связано с мифологическим представлением о женской природе земли. В ряд молодежный развлечений входили круговые игры с мотивами сеяния, роста, созревания (Мак, Просо, Лен); наиболее популярные в это время песни с любовно-эротической тематикой в данной обрядовой ситуации могли рассматриваться как заклинание на урожай.

Составляя часть аграрно-магического действия, ритуальное объединение девушек, а часто и молодок, во время праздничных шествий, гуляний, кумления, качания на качелях, катания яиц, вождения хороводов имело и некоторое специфическое значение, отражающее, возможно, более древние представления. Согласно им, девушки и молодки принадлежали к одной половозрастной группе, социальный статус которой определялся их физиологическим состоянием перехода от девичества к материнству. Обряд был призван манифестировать девичью силу, «пик девичьей зрелости», и готовность к браку и рождению детей. Впервые в нем принимали участие девушки-подростки, достигшие этого возрастного периода, что характеризовало их как полноправных членов молодежного коллектива. Инициационный характер проявлялся, например, в семицких играх и хороводах с прядильно-ткацкой символикой. Так, в Красноуфимском у. Пермской губ. отдельные фигуры девичьего хоровода носили название процессов ткачества: навивать, сновать, кишку снимать (кишка - основа для холста, снятая со сновалок), надевать, ткать. Участие в нем символизировало причастность молодой девушки к миру важнейших женских занятий, ее владение ими, что являлось важнейшим критерием качественной характеристики любой крестьянки. В результате за Семиком закрепилось название девичьего праздника: «Четверг перед днем св. Троицы … почитается девушками как исключительно их праздник… «Мужики» в этот день бывают заняты работой» (Макаренко А.А. 1993. С. 110).

Отличительной чертой Семика было поминовение «заложных», к которым причисляли умерших «не-своей» смертью (скоропостижной, насильственной). Народная точка зрения, по вопросу принадлежности к этому разряду покойников, совпадала с церковной, выраженной в церковном каноне: это те покойники «иже покры вода и брань пожара, трус же яже объят и убийцы убиша, и огонь попали; внезапну восхищенные, попаляемые от молний, измерзшие сразом и всякой раною» (Зеленин Д.К. 1916. С. 1), т.е. самоубийцы, опойцы (умершие от пьянства), умершие без покаяния, проклятые родителями, казненные преступники, колдуны, имевшие дело с нечистой силой, а также иноверцы. По христианской традиции их не отпевали по смерти в храмах, погребали без церковного благословения и лишали обычного поминовения. Заложные покойники относились к той категории умерших, чей энергетический потенциал не был израсходован при жизни. Опасность, исходившая от них заключалась в том, что эта неиспользованная жизненная сила, «действуя уже из области смерти, «берет душу» у живых, как сама смерть», «ведет за собой в могилу» (Седакова О.А. 1990. С. 55). В народных представлениях, заложные нередко становились существами демонического мира: они или сами обладали свойствами нечисти, или находились, согласно быличкам, в услужении у разных представителей нечистой силы. Им приписывалась возможность управлять различными природными стихиями: дождем, громом, градом и т.п. Пермская примета гласит: «Мало бывает тепла до Семика; когда же покойников обмоет, тогда уж не бывает холода» (Зеленин Д.К. 1916. С. 100).

Семик являлся единственным днем в году, когда наступала «отрада» душам заложных покойников.

В локальных традициях сроки Семика как поминального праздника могли варьировать в рамках семицкой недели - седьмой недели по Пасхе. В Тульской губ. удавленников и утопленников поминали во вторник; праздник поминовения называли здесь «задушными поминками». В Жиздринском у. Калужской губ. самоубийц и иноверцев позволялось поминать только в троицкую субботу, известную здесь под названием духовской; в этот день, считали местные крестьяне, «самые великие грешники отдыхают от адских мучений» (АРЭМ. Ф.7. Оп. 1. № 495). В некоторых местах перемещение сроков Семика обуславливалось распределением дней недели между разными общинами (городскими, деревенскими) и сословиями для совершения отдельного поминовения. Например, в селе Кайском Слободского у. Вятской губ. в четверг поминали крестьяне, а в субботу - мещане, отсюда и название «мещанский Семик». Об обязательном праздновании Семицких поминок говорится в народных преданиях С.-Петербургской губ.: не отмеченное должным образом поминовение местных заложных - панов повлекло за собой неурожай овса, что было приписано «мщению панов».

Семицкое поминовение совершалось в доме, на кладбище, в часовнях, на местах боев и массовых погребений, сопровождалось обычно веселыми гуляньями; оно носило характер индивидуального и коллективного действия. В Уржумском у. Вятской губ. тяжело заболевший человек давал обет в случае выздоровления помянуть заложных. Для этого накануне Семика «заветнувшиеся» ходили по домам и собирали как милостыню муку, из которой готовили ритуальные блюда - блины и булки. Их несли на кладбище и раскладывали на рогожках по могилам. В Тульской губ., поминая удавившихся и утопившихся родственников, на их могилы приносили блины, вино, красное яйцо, которое разбивали тут же за упокой души. По обычаю часть блинов оставляли русалке: «Русалочка царица, красная девица, не загуби душки, не дай удавиться! А мы тебе кланяемся». (Зеленин Д.К. 1916. С. 102). В ряде мест в каждой крестьянской семье для поминовения утопленников, удавленников и людей, скончавшихся скоропостижно, в Семик красили яйца (иркутск.). На реке Печоре (архангельск.) соблюдался «древний обычай - в седьмой четверг по Пасхе поминать в домах запившихся и удавившихся родителей и родственников», раздавая милостыню нуждающимся (Зеленин Д.К. 1916. С.103). Поминовения совершали на месте древних сражений, где, по преданию, были захоронены останки воинов. В Роксе Лодейнопольского у. С.-Петербургской губ. в Семик поминали «панов», в которых видели убитых в смутное время поляков; в их честь в роще у часовни варили и ели кисель, отсюда второе название праздника - «киселев день». В одной из вятских часовен хранились кости погибших черемис (марийцев), в Семик при стечении народа из окрестных деревень над ними совершалась поминальная служба; кости при этом использовали в качестве лечебного средства. В городе Котельниче Вятской губ. местные жители собирались над могилой воинов, «падших в сече с новгородскими выходцами» (Зеленин Д.К. 1916. С.103). Во время «вселенской панихиды», совершавшейся над могилой, крестьяне кидали на нее яйца и деньги, а после службы бросались печеными яйцами друг в друга.

Вселенские панихиды в Семик проходили также на местах массовых погребений: у общих могил, на старых «многогробишных» кладбищах, или там, где, по мнению местных жителей, они находились. При поминовении молились: «Помяни, Господи, убиенных рабов своих, и от неизвестной смерти умерших, их же имена Ты Сам, Господи, веси, иже зде лежащих и повсюду православных христиан» (нижегородск., Зеленин Д.К. 1916. С. 99), оставляли на земле яйца и деньги, раздавали милостыню нищим. Здесь же или поблизости после панихиды обычно устраивали праздничные гуляния, сопровождавшиеся «дурачествами и беспутствами», ярмарки, на которых в Вятской губ. продавали, главным образом, свистульки и детские игрушки. Для вятского празднования характерны игра на свистящих инструментах - дудках, пищалях и пр., детские катания глиняных «шарышей» (шары).

Традиция ритуального поминовения на местах общественных захоронений сохранилась со времен существования так называемых убогих домов, известных в России издавна. В них свозили погибших от эпидемий и умерших «несчастными и внезапными смертями - удавленников, утопленников, замерзших, вообще самоубийц и умиравших одночасно на дорогах и на полях» (Зеленин Д.К. 1916. С. 60). Один раз в году, в Семик, сюда стекался народ, чтобы совершить обряд захоронения, для погребения приносили гробы, одежду, саваны, для поминовения каноны, кутью, яйца, свечи; священники служили общую панихиду, совершали крестный ход. В 17-м веке при семицких погребениях в Москве всегда присутствовали царь и патриарх.

2. «Семик» - украшенная троицкая березка (владим.), березовая ветвь, антропоморфное чучело с мужскими признаками, в основе которого нередко была березка, ряженный. «Семика»-мужчину обычно сопровождал персонаж женского пола - Семичиха. С «Семиком» молодежь или только девушки обычно обходили поля, деревни, дома, он являлся непосредственным участником молодежных обрядовых игр; функционально чучело «Семика» заменяло троицкую березку. В Васильевском у. Нижегородской губ. чучела Семика, наряженного в красную рубаху, и Семичихи, - в сарафане, в четверг утром выносили в поле, устанавливали и устраивали возле них трапезу, пляски; в ходе обрядового действия его участники - парни и девушки по очереди целовали чучела и друг друга. На ночь Семика и Семичиху оставляли в поле, а возвращаясь утром, спрашивали: «Как вы ночку провели, молодица с молодцом?» (Соколова В.К. 1979. С. 205). Увенчав головы чучел сплетенными накануне венками (Троицкий венок), несли их к реке, разоряли и бросали в воду. В Буинском у. Симбирской губ. «Семика» изображала ряженная в мужского платье девушка, выбранная из круга сверстниц по жребию. Она возглавляла праздничное девичье шествие вокруг деревни, обозначенное формулой «Троица на улице, Семик по задам» (Максимов С.В. 1993. С. 463). В Вязниковском у. Владимирской губ. «Семиком» также одевалась девушка, - наряд состоял из рваной мужской рубахи и приделанного к спине горба, а «Семичихой» - молодой парнишка-подросток, ряженный в женское платье, со старым ведром и палкой в руках. Во главе ватаги детей и подростков Семик и Семичиха обходили дома односельчан, выпрашивали муку, яйца, крупу, масло, сметану, сахар и пр., приговаривая: «Подайте, на Семичка два яичка» (Земцовский И.И. 1973. С. 42). На улице били палкой в ведро, помелом разгоняли любопытных, под окнами домов пели:

«Семик честной, Семик ладужный,

Послал за винцом, на нем семь одеж,

Все шелковые, полушелковые,

Семику да Семичихе - яичко!

Семик баню продает,

Семичиха не дает;

Стряпала, стряпала

В тесто ложки прятала!»

(Соколова В. К. 1979. С.204).

Троицкая суббота

Троицкая суббота (вселенская, родительская, духовская, клечальная, троицкая субботка, «троицкие родители») - один из четырех общерусских календарных дней поминовения умерших; входит в праздничный цикл Семик-Троица.

В церковном календаре предшествующий Троице день именуется Вселенской, а также родительской субботой. Во время вселенской панихиды, которая служится только 2 раза в год - в Мясопустную субботу перед Масленицей и в субботу перед Троицей, церковь поминает всех от века умерших православных христиан, независимо от того, как они отошли в мир иной; каждый прихожанин поминает в основном только своих умерших родственников - «родителей», а также родных, умерших «не-своей смертью» (см. Семик).

В мифологических представлениях славян, период Семик-Троица относился к тем календарным вехам, когда предки временно покидали «тот свет» и появлялись на земле; местом их пребывания была свежая зелень - деревья, травы, цветы (см. Троицкая зелень). Главная задача живых - встретить и проводить их должным образом, т.е. помянуть.

В одном из постановлений Стоглавого собора 1557 года, на который собрались представители духовенства со всей России, так описывалось троицкое поминовение: «В троицкую субботу по селам и по погостам сходятся мужи и жены на жальниках и плачутся по гробам умерших с великим воплем. И егда скоморохи учнут играти во всякие бесовские игры, и они, от плача преставше, начнут скакати и плясати, и в долони бити, и песни сотонинские пети, на тех же жальниках обманьщики и мошенники» (Соколова В.К. 1979. С. 213).

В некоторых местах троицкая суббота считалась самым большим и почитаемым днем поминовения умерших. Именно поэтому у русского старообрядческого населения Забайкалья на «троицких родителей», в отличие от других поминальных праздников, в церкви или в молельном доме служилась «всенощная». На службу крестьяне приносили яйца, кутью, лепешки, подавали деньги на престол. Ритуальные блюда непременно освящали. Так, в туесок с кутьей на время всенощного молебствия ставили горящую свечку (Болонев Ф.Ф. 1975. С. 63).

Поминовение осмыслялось как ритуальное общение живых и умерших родственников, сопровождавшееся определенными действиями. Кроме церкви, в этот день обязательно ходили на кладбище, «чтобы навестить могилы и поклониться умершим родным и знакомым» (АРЭМ. Ф.7. Оп. 1. № 495). С собой приносили обычно поминальную еду, троицкие березовые ветки, цветы, венки, веники. В Калужской губ. кладбище посещали только девушки и молодые женщины; они собирались вместе и приходили обычно после обеда.

Центральным ритуальным действием на кладбищах в некоторых местах (новгородск., псковск., петербургск., тульск.) было «опахивание могил», или «обделывание могил». Пришедшие на кладбище обметали могилы родных березовые веточками, троицкими цветами или вениками (петербургск., новгородск., южнорусск.), после этого веточки и, иногда цветы, «торкали» в могильную землю. Крестьяне Псковской губ. считали, что они таким образом, «мертвым глаза открывают», «глаза у родителей прочищают»; в Новгородской и южнорусских губерниях опахивали вениками могилы для того, чтобы «родителей попарить» (Некрылова А.Ф. 1989. С. 479; Соколова В.К. 1979. С. 227; Зеленин Д.К. 1991. С. 357); при этом верили, что «душеньки их радоваться будут». Опахивание в Петербургской губ. сопровождалось громкими причитаниями по умершим: «Несколько сот женщин и девок воют, плачут, кричат, рыдаюти. Это продолжается в течение нескольких часов до того, что голосящие часто падают в обморок». (Обрядовая поэзия. 1989. № 388). Перед уходом могилку «запахивают», чтобы закрыть глаза родителям. На могильный холмик, помимо веток и цветов, клали венки (см. Троицкий венок).

Повсеместно на кладбище устраивали ритуальную трапезу, основные блюда которой - кутья, блины, яйца, покрашенные свежей зеленой листвой берез. На могилу стелили скатерть, раскладывали кушанья; для «родителей» на перекрестье или в подножие креста крошили яйца, сыпали зерно и кутью; нередко это делали крестообразным движением руки. Умершего приглашали к трапезе словами: «Приди (называли имя) и поешь» (псковск.), «Выходи и угощайся» (костромск.). По представлениям костромичан, «когда живые дают есть умершим», то думают о том, что «тем самым души свои очищают» (АРЭМ. Ф. 10. Оп. 1. № 72). В ряде мест трапеза, устраиваемая на могилах, была более обильной и зачастую сопровождалась распитием хмельных напитков.

Среди псковских крестьян существовал обычай держаться за могильный крест руками, чтобы «родители почувствовали, что ты был на могиле». (АРЭМ. Ф.10. Оп.1. Д. № 90. Л. 92); согласно местным поверьям, покойники выходят в этот день из могил, также держась за крест. В Костромской обл. был распространен обычай «кликать родителей» (взывать к ним).

Посещение могил родственников нередко заканчивалась веселым гулянием, которое устраивали здесь же на кладбище.

Поминовение продолжалось и в поселении - крестьяне ждали «родителей» в гости. С этой целью у домов устанавливали березки, - «На березу прилетит кукушка, кукушка - это почти то же самое, что родители», - говорили псковичи. Под березу ставили ковшик с водой, чтобы «родители мылись». Дорогу в дом предкам также указывали березы, стоявшие с двух сторон крыльца. «Родители» могли войти в дом и по полотенцу, специально для этого вывешенному на стену или окно (псковск.).

В домах устраивали поминальные трапезы. Так, у семейских - русских старообрядцев Забайкалья, после всенощной службы вся семья собиралась за столом, читалась молитва, а затем каждый должен был съесть три ложки кутьи, освященной в церкви.

В исповедных вопросах упоминается обычай топить на Троицу баню для умерших: «В Великую субботу и пятидесятнию егда памят творим оу сопших бани не вел ли ели топити» (Славянская мифология. 1995. С. 375). Крестьяне считали в этот день необходимо растопить баню, а после помывки в ней всех членов семьи оставить воду и веник для «родителей».

Раздача милостыни нуждающимся, осуществляемая для поминовения умерших, в родительские дни, в частности в троицкую субботу, получала особое оформление. Зажиточные крестьяне Жиздринского у. Калужской губ. долгое время соблюдали старинный обычай, согласно которому они в троицкую субботу резали барана или годовалого поросенка, кормили бедных крестьян и делали обед для соседей.

У семейских Забайкалья в троицкую субботу «делали чертежи». Каждый крестьянин выбирал в лесу участок для будущей пашни и отмечал его - ошкуривал кору деревьев. Считалось, что «зачерченный» в день поминовения предков лес будет находится под их защитой.

Семик - весенний народный праздник, отмечавшийся в четверг на седьмой неделе после Пасхи. Неделя, на которую он приходился, называлась семицкой (семиковой) неделей и заканчивалась Троицей.

Семик считается древним языческим праздником, одним из тех, что играли важную роль в весеннем периоде жизни людей. Ритуалы Семика и семицкой недели включали в себя действия, связанные с поминовением умерших, а также празднества девушек.

Обряды поминовения всех усопших начинались во вторник, когда на кладбищах устраивали поминальную трапезу с раскладыванием на могилах яиц, окрашенных в желтый цвет, лепешек, блинов. Эти поминки назывались задушными, то есть поминками, устроенными для душ умерших, которые, по поверью, бродили в семицкую неделю по земле, не находя себе пристанища Поминальные тризны продолжались и в четверг. Причем во многих губерниях России поминовение умерших в Семик считалось едва ли не главным поминовением года Очевидец из Пермской губернии писал: «Ни один день из поминальных, установленных церковью, не почитается как Семик - четверг перед Троицыным днем Хотя церковью в этот день не установлено поминовение умерших, оно, по установившемуся обычаю, совершается во многих приходах епархии, не исключая и некоторых городов. В этот день на кладбище собиралось много народу даже из смежных, если у кого-либо там были схоронены умершие» (Русские 1997, 529).

В Семик поминали также заложенных покойников, то есть людей, умерших неестественной смертью: самоубийц, опойцев, людей, погибших в результате насилия. Этот обычай был распространен на большей части территории Европейской России, но особенно в ее северо-восточных, центральных и западных губерниях. Верили, что их души не находят покоя после смерти, бродят по земле и являются опасными для живых. Для их успокоения женатые мужчины и замужние женщины в этот день выстаивали в церкви панихиду, то есть службу, состоящую из молитв о прощении грехов и упокоении умерших в Царстве Небесном. Обряды Семика восходят к средневековому обычаю хоронить в этот день людей, умерших на улицах, погибших от рук злодеев и не востребованных родственниками. Обычно в течение года их не хоронили, а свозили в специальные помещения, называвшиеся убогими домами, божедомками, скудельницами, и только в Семик с отпеванием погребали в землю. В конце XVIII в. убогие дома перестали существовать, обнаруженных мертвецов сразу же хоронили в специально отведенных для этого местах, но традиционная панихида по ним в Семик сохранилась. Впоследствии поминание в церкви умерших неестественной смертью было перенесено на Троицкую субботу. В южнорусских губерниях в Семик матери устраивали поминки по своим умершим детям (малолетним, некрещеным, мертворожденным). Они приглашали соседских детей и угощали их кашей и медовой сытой.

На Семик девушки гурьбою шли в лес, выбирали молодую берёзку и заламывали её.

Семик был также днем веселья и гуляний, которые продолжались вплоть до Троицы. Его характерной чертой была трапеза в лесу, в поле, как говорили, «под ракитовыми кустами». В трапезе принимали участие как женщины, так и мужчины. В складчину готовили яичницы, караваи, сочни, сырники, варили пиво, настаивали брагу и бузу - хмельной напиток из гречневой муки. Празднество сопровождалось весельем, плясками, пением песен. Семицкий четверг и следовавшие за ними дни отмечались в старину девичьими гуляньями: хороводами около берез в роще, кумлением, плетением венков и гаданием на них о женихах. С течением времени часть этих обрядов была перенесена на Троицу.

На Семик девушки гурьбою шли в лес, выбирали молодую берёзку и заламывали её (чаще всего вершинку). Не отламывали совсем, а оставляли висеть и заломанную ветвь заплетали венком. Затем около берёзки начинался весёлый обряд. Из веточек и травы делали чучело кукушки и забавным образом «крестили» её. Во время «крещения» девушки «кумились»: будущие «кумы», просунув лицо в завитый берёзовый венок, целовались и тут же обменивались нательными крестиками. Шуточная церемония роднила их, и покумившиеся зачастую оставались добрыми подругами на долгие годы.

Семик в православии – это время после Пасхи на седьмой седмице в четверг. В этот день поминают усопших, умерших не своей смертью, а также не крещеных детей. Семик произошло от слова «семя». Родители, деды, прадеды – это и есть семя, от которого мы все и произошли на свет, как семена дают свои ростки и всходы на полях. Так как дата праздника постоянно меняется, наверное, многих интересует, какого числа Семик в 2018 году. В 2018 году по церковному календарю Семик будет 24 мая.

Зеленые святки или Семицкая неделя, Русалии, а также гряная неделя – время от седьмого четверга недели седьмой после Пасхи до вторника Троицкой недели. В других местах эти сроки могут длиться до дня Ивана Купалы, до седьмого июля.

Начинаются Зеленые святки за три дня до Троицы, в Семик (седьмой четверг), и Семицкая неделя завершает весенне-летний период, который открывался Масленицей.

Масленица и Семик стоят по краям периода: одна в начале, другой – в конце. Как два верстовых столба, начало и конец, которые сошлись, закольцевались и замкнули круг жизни.

Родственность праздников отражается во многих песнях, поговорках и пословицах:«Собирайтесь-ко, не обрящем ли, где честну Масленицу, Семикову родню, да племянницу», «Честь ей и хвала, что она (Масляна) Семика в гости звала», «Звал-позвал честной Семик широку Масленицу к себе в гости на двор».

Оба праздника имеют много сходного, являясь отражением перехода из одного времени к другому, оба завершают одно и открывают другое, тот и другой – граница: Масленица провожает зиму, Семик — весну. Масленица встречает весну, Семик – лето.

Символы

У Зеленых святок есть свое священное дерево – береза, как есть оно у Рождественских святок – ель, и у Вербного воскресения – верба.

Березу как священный символ Зеленых святок специально готовили к этому дню: ее срубали, украшали лентами, тряпочками, бусами, ставили среди деревни или носили по дворам, собирая деньги, яйца, муку. Это было такое же действие, как в рождество колядование.

Русский Семик — аналог западноевропейского праздника «май» со священным деревом в центре. Его тоже наряжали, но готовили по-другому: срубали все нижние ветки, оставляя несколько верхних и крепили к стволу украшенный венок, символ круговорота. Вокруг «мая» тоже пели, танцевали и веселились, как и вокруг березы в России, как и вокруг елки в Рождество.

Наряженная в течение нескольких дней березка должна была отдать всю свою силу начинающему зеленеть полю, способствовать урожаю и соответственно - благополучию людей.

Основные ритуалы на Семик

Основными составляюшими празднеств Семика — Троицы были ритуалы, связанные с культом растительности, девичьи гулянья, поминание умерших. Главным объектом поклонения в эти дни была береза, которая издавна почиталась русскими людьми. В поверьях русского народа она выступала как счастливое дерево, приносящее добро, оберегающее от зла, нечистой силы, изгоняющее болезни. Береза символизировала женское начало, считалась покровительницей девушек и молодых женщин. Одновременно с этим береза воспринималась как дерево, связанное с душами умерших.

В дни Семика — Троицы в некоторых местностях России главными праздничными деревьями считались дуб, клен или рябина. Кроме ветвей деревьев в обрядах этих дней использовались различные травы и цветы: «Семик на ветвях, а Троица на цветах» .

В Семик — Троицу деревенские и городские улицы, дома снаружи и внутри украшали срубленными березками или ветками березы, полы в домах покрывали плотным ковром из трав, на божницу ставили букеты цветов. Этот обычай, распространенный по всей России, вошел и в церковную практику.

В день Троицы внутри церкви ставили срубленные березки, пол устилали душистыми травами, верующие стояли во время праздничной службы с ветками березы и букетиками цветов — зарей. Церковь рассматривала цветы и зелень как знак жизни, а сам обычай приносить их в храм — как выражение радости и благодарности Богу.

Традиции и обряды на Семик

Во время Зелёных Святок было принято приносить домой ветки берёзы (ветви этого дерева, особенно использованные в обрядах, считались у славян мощным оберегом) и цветы, украшать всё зеленью. В своей книге «Сакральное Руси» Юрий Петрович Миролюбов, один из известных исследователей славянской Традиции, так описывает этот обычай: «На юге России праздновали Зелёные Святки с клечевом в домах, с зелёной травой на полях, цветами на столах и окнах. К обеду подавали ягненка на блюде с зелёной травой. В церковь шли ста­рики с зелёной веткой, женщины и молодежь с цветами в руках. Полы в церкви тоже были усыпаны свежей травой, а образы украшены зелёными ветками. Целый день шел праздник, танцы, игры в венках из весенних цветов и зелени».Большая часть этих растений в конце Святок ритуально уничтожалась (сжигалась, сплавлялась по воде, забрасывалась на деревья). Засохшие остатки зелени служили оберегом: Предки верили, что они защищают от злых сил, молнии, пожара. Их же использовали в лечебных и гадательных целях, а также – для обеспечения плодородия.

В древности русалии были очень многолюдным и красочным святоднём (праздником), насыщенным разнообразными обрядовыми действами и игрищами. Обязательными атрибутами Зелёных Святок были гудьба (музыка), ряжение, пляски… Со временем, праздник видоизменился, что-то было утрачено, но, тем не менее, основа его сохранилась до наших дней.

Русальская обрядность состоит из двух основных частей: чествование берёз и русалок и поминовение усопших. Ниже приводится описание этих обрядовых комплексов.

Завивание венков

В начале Святок (в Семик) девушки «завивают венки» обрядовой берёзке. Прежде всего, вокруг дерева очерчивается обережный круг (очень часто его заменяет девичий хоровод, поющий обрядовые песни). Затем на берёзе сгибают и завязывают в виде кольца вершинку либо ветви (не ломая их!). Эти кольца называются венками.

«Вью, вью я венок,

— Завивайся, берёзонька.

Вью, вью я венок,

— Завивайся, кудрявая».

Иногда такой венок заменяется связыванием в виде арки двух вершин соседних берёз. Сквозь кольца девушки кумятся (более подробно об этом будет рассказано далее). Через несколько дней (чаще всего это происходило на Троицу – через несколько дней после Семика) венки обязательно развиваются.

Согласно народным поверьям, русалки весной выходят из рек и качаются на кольцах из берёзовых ветвей. Люди же стараются задобрить водяных духов, принося им требы

«На гряной неделе русалки сидели,

— Рано, рано.

Сидели русалки на кривой берёзе,

— Рано, рано.

На кривой берёзке, на прямой дорожке,

— Рано, рано.

Просили русалки и хлеба и соли,

— Рано, рано.

И хлеба, и соли, и горькой цибули,

Рано, рано».

Кормление дерева

Совершается кормление дерева – под ним оставляют различную еду (основное обрядовое блюдо — яичница), приготовленную в ссыпку – то есть из продуктов, собранных со всех участниц обряда. Часто девушки сами едят под деревом (что может пониматься как совместная с деревом трапеза).

«Ты радуйся, белая берёза:

К цебе идуць

Дзевки красные,

Цебе несуць

Яешни смашные,

Горелку горькую,

Скрыпку звонкую»
Ряжение
Берёзу украшают лентами и платками, иногда – полностью обряжают в женскую одежду. В то же время участницы обряда надевают венки из берёзовых ветвей и другой зелени и рядятся сами. Чаще всего изображали представителей других половозрастных групп: – в замужних женщин или мужчин, иногда – животных, чертей и русалок. Ряжение – сложный обряд, имеющий множество смыслов: берёзовые венки служат для уподобления девушек берёзе, переодевание в одежду противоположного пола и ношение личин (масок) некоторых животных – для обеспечения плодородия, ряженые, изображающие различных духов, являются, по сути дела, их представителями. Кроме того, ряжение (согласно народным представлениям) служит способом защиты от возможного вреда со стороны обитателей Иного Мира.

«- Мы покумимся, кумушка,

Вью, вью я венок,

— Поцелуемся, голубушка.

Вью, вью я венок»

По мнению Д.К. Зеленина, смысл обряда кумления первоначально состоял в заключении союза с духом дерева. Русские называют берёзку после завивания венков «кумой», а в одной из белорусских обрядовых песен прямо говорится: «покумилася, поголубилася с белой берёзонькой». В более поздние времена, в результате переосмысления первоначального обычая, союз заключался с русалками (цели такого кумовства – задобрить русалок и узнать от них своё будущее: с этим связаны семицкие гадания на венках), а потом – со своими же девушками (или даже с парнями). Именно последняя форма дожила до наших дней.

Раскумление

Через несколько дней происходит раскумление – развивание венков и прекращение союза. Идея прекращения союза, согласно Зеленину, возникает в тот период времени, когда «кумились» не с берёзой, а с русалками. Дело в том, что, по народным поверьям, русалки весной выходят из рек ненадолго, а пребывание их на суше сверх положенного срока – вредно (русалки топчут посевы). Обряд раскумления – один из способов напомнить водяным духам, что им пора вернуться домой.

Срубание берёзы

Обрядовую берёзку срубают (иногда – выкапывают с корнем) и несут в селение. Там обычно вносят её во все дома, после – обходят с ней вокруг селения и бросают в реку или (что случается реже) на засеянное поле. Брошенная в воду, берёза должна передать ей свою целебную силу, а оставленная на поле – способствовать его плодородию. Кроме того, считалось, что потопление обрядовой берёзки в реке обеспечивает достаточное количество влаги на всё лето.

«Завили веночки,

Завили зелёные

На годы добрые,

На жито густое,

На ячмень колосистый,

На ячмень ресистый,

На гречиху черную,

На капусту белую»

Ритуальный же обход селения, предположительно, носит обережный характер.

Проводы русалок

Для того чтобы способствовать уходу русалок обратно в реки, после раскумления совершаются обряды «проводов» и даже «похорон» русалки (проводящиеся обычно через неделю после Троицы). Разновидностей таких обрядов существует великое множество (народная фантазия, как известно, богата). Вот, для примера, один из обрядов:

«(делали куклу, наряжали её в белое)…клали на носилки. Одна из девушек изображала попа, у которого в руках было кидало — стоптанный, старый лапоть, свечи — стебли тростника. Процессия приходила на ржаное поле, и здесь куклу раздевали. Фигуру «русалки» и палки от носилок бросали в лог у ржаного поля. Делалось это для того, по словам сказочницы, чтобы лучше рос хлеб».

Поминовение усопших

Особое место на Зелёных Святках занимает поминовение заложных покойников. В народной Традиции так называют людей, умерших до срока: убитых, самоубийц, погибших от несчастного случая, а также – ушедших из жизни в молодом возрасте, проклятых родителями и общавшихся с нечистой силой (колдунов и ведьм). «Заложные» считаются склонными вредить людям, в том числе – насылать разного рода стихийные бедствия (заморозки, засуху и т.д.). Кстати говоря, во время русалий (а также – при засухе) было принято лить воду на могилы утопленников и опойцев – считалось, что это помогает предотвратить (или же – прекратить) бедствие. «Заложных» поминают отдельно от умерших своей смертью, в срок, «чистых» покойников. Обряд этот может проводиться в любое время, но специальным днём для поминовения этого разряда умерших является Семик.

И, в завершение рассказа о Русалиях, ещё несколько описаний ритуалов, в старину проводившихся в это время:

Хождение в жито

Этот обряд совершался в начале либо в конце Святок: девушки и женщины отправлялись в поля, смотреть посевы. После обхода они разводили костёр и устраивали пирушку около него. После еды ложки (и яичную скорлупу) подбрасывали вверх со словами: «Пусть рожь такая высокая уродится, как высоко ложка поднимется»; а затем кувыркались по земле с криками: «Рожь к овину, а трава к лесу!».

Похороны Костромы

Изготовленную из соломы (или из других материалов: прутьев, травы) куклу «Костромы» после исполнения особой обрядовой песни (иногда – связанной с процессом обработки льна и ткачества) сжигали, топили или же разрывали в клочья и размётывали по полю. Делалось это в конце Зелёных Святок. Большинство исследователей считает Кострому сезонной (исчезающей и возвращающейся, а иначе – умирающей и воскресающей) Богиней растительности, плодородия, весны. Имя её происходит от слова «костра», обозначающего «остатки культурных растений после их обработки», «жёсткие части растений», «непригодные для употребления растения и их части» — прямое указание на материалы, из которых изготовляют куклу. В обряде похорон «Костромы» видят также и отголосок человеческого жертвоприношения (скорее всего – этой же Богине). Следует отметить, что в Саратовской области зафиксирован случай исполнения обрядовой песни о Костроме во время «проводов русалки», также «Костромушкой» иногда называли чучело «коня-русалки». Предположительно, это – следствие слияния двух разных ритуалов, произошедшего после того, как был забыт смысл обряда «похорон Костромы».

Обережные обряды

В ночь на Троицу девицы и женщины опахивали деревню, создавая таким образом обережный круг для защиты от нечисти. В этот же день на западе Руси творили «венчание скота»: пастух приносил в дом два венка, один из которых вешал на рога корове, а второй – надевал на хозяйку, совершая при этом магические действия.

Брачно-эротические обряды и игры

Очень важное место в обрядах и играх Зелёных Святок занимали темы любви и брака. В это время девушки гадали о замужестве, для приближения сватовства совершали различные магические действия (например – проводили борозду от своего дома к дому юноши). Молодёжь обоего полу много времени проводила вместе: устраивали совместные пирушки и ночёвки в лесу, пели песни эротического содержания, били друг друга крапивой, вместе купались (что в другое время считалось неприличным). Играли в «свадьбу», совершая шуточный свадебный обряд над выбранными «женихом» и «невестой» (иногда их роль выполняли чучела, именовавшиеся «Семик» и «Семичиха», «Русалка» и «Русалим», «Кукушка» и «Кукун»). Своей высшей точки такие увеселения достигали в купальскую ночь.

К семицким песням можно отнести такую:

Вью, лелю! завью я зеленый венок,
Заломаю я березу, совью я зеленый венок
На свою буйную головушку;
Опущу я зеленый венок,
Я по Волге, по реченьке,
На родимую сторонушку,
Ко родителю, ко матушке.
Взбунтовались ветры, вихори,
Раскачали легку лодочку
На родимую сторонушку,
Ко родителю, ко матушке,
К его красному окошечку.
Выходила моя матушка
На свое красное крылечушко,
Смотрела на легкую лодочку!
Легка лодочка расколыхалася,
Всплыл тут зеленой венок:
Получила матушка
С быстрой речки зеленой венок;
По луча, она призадумалась,
Призадумавшись, слезно плакала:
Не моя воля, а чада милова!
Не ея ли зеленой венок
Подплывал к моему окошечку?
Не мое ли чадо милое во тоске живет,
Во тоске живет, или во гуляньице
С своими милыми подружками?

При завивании венков обычно пели песню о том, как красная девица сидит в белом шатре под зеленою липой, вьет венок из цветов, украшая его дорогим яхонтом, и говорит со вздохом: «Жому этот венок носить? Неужели старому? Нет! Старый не будет носить! Старый не отрада, не защита моей молодости: пусть же носит его мой милый друг!»
Приметы

Если посеять в этот день ячмень, он даст хороший урожай.

Нельзя мыть, стирать, полоскать, купаться в этот день и лучше держаться подальше от воды, чтобы не накликать утопленника.

Нельзя шить или затевать большой работы, ходить одному в лес.

Заговоры на Зеленые святки

  • В эти дни вьют венки, приговаривая: «Вью, вью колечко для…» На каждый венок приговор меняется. Если венок делается для отца, то говорят: «Вью, вью колечко для батюшки», если для подруги - «вью, вью, колечко для…», далее называют имя подруги. В основном гадают на замужество или на больных людей. Когда венки сплетены, их вешают на березу. Седьмого июня - в праздник Троицы нужно посмотреть, как выглядит венок. Если завял - это очень плохой знак, особенно для больного или для гаданий на замужество.
  • Перед сном на подушку сыплют зерна и говорят: «Купец богатый, приходи, хлеба мне напеки». Так призывают богатого жениха в дом.
  • Чтобы погадать на будущее, нужно пойти к речке, низко поклониться ей и зачерпнуть со дна горсть камушков. Белые камушки предвещают радость, черные - неудачи, пестрые - перемены. Камушки в форме собаки - друга, в форме кошки - врага. Эти камушки приносят домой и кладут под подушку: тогда ночью приснится будущее.
Опубликовано 31.05.17 23:58

Сегодня, 1 июня, также отмечается День Северного флота ВМФ России и народный праздник Семик.

1 июня традиционно отмечается Международный день защиты детей. Целью праздника является защита прав ребенка и обращение внимания людей на проблемы несовершеннолетних, их роль и место в обществе.

День защиты детей был учрежден в ноябре 1949 года в Париже конгрессом Международной демократической федерации женщин. Впервые праздник прошел 1 июня 1950 года в 51 стране. Организация Объединенных Наций (ООН) поддержала идею торжества.

В этот день инткббээ родители поздравляют своих малышей с праздником и вручают им подарки. Проходят конференции, лекции и семинары, участники которых обсуждают проблемы защиты детей. Организуются акции по защите прав несовершеннолетних, устраиваются митинги и флешмобы. Проходят кулинарные, творческие, спортивные мастер-классы для детей и многое другое.

День Северного флота ВМФ России

1 июня 2017 отмечается День Северного флота ВМФ России. В этом году дату официально празднуют 21-й раз.

В мероприятиях участвует личный состав Северного флота, вспомогательный персонал мест базирования, военно-патриотические организации, общественные деятели, чиновники Министерства обороны.

Событие было учреждено Главнокомандующим ВМФ Российской Федерации Ф. Громовым Приказом № 253 от 15 июля 1996 года "О введении годовых праздников и профессиональных дней по специальности". Дата имеет символическое значение. Она приурочена дню создания Северной военной флотилии 1 июня 1933 года

В народе сегодня отмечают Семик или Русалчин Велик день. В 2017 году он выпадает на 1 июня. Этот праздник представляет собой незримую грань между весной и летом. До христианства Семик считался одним из главных дней в году.

В этот день подросших девочек принимают в компании девушек, проводят обряд кумления - женские посиделки, выбор задушевных подруг, и обучение гаданию а суженого.

Также в этот день люди приходят на погост, где украшают могилы предков веточками березы и устраивают поминальное угощенье.

Считалось, что если посеять в этот день ячмень, он даст хороший урожай. Также на Семик нельзя мыть, стирать, полоскать, купаться в этот день и лучше держаться подальше от воды, чтобы не накликать утопленника. Лучше не шить и не затевать большой работы, нельзя ходить одному в лес.

Статьи по теме: